Общество Белые Традиции

  Сделать домашнейДобавить в избранноеНаписать нам   

Главная
Новости
Галерея
Статьи

 
Библиотека

 
Форум
Ссылки
Контакты

Другие ссылки



Савитри Деви
Павел Тарсянин: Христианство и Иудаизм

Если и есть одно обстоятельство, которое для людей, серьезно изучающих историю Христианства, не сможет им помочь, но заставит призадуматься, то это почти полное отсутствие документов, касающихся человека, чье имя носит эта великая интернациональная религия - Иисуса Христа. Мы знаем о нем лишь то, что говорится нам в Новом Завете, т.е. практически ничего. В этих писаниях, несмотря на докучливое многословие в изображении чудесных событий имеющих к нему отношение, не дается каких-либо сведений о его облике и, в частности, его происхождении. Да, мы, разумеется, обладаем, в одном из канонических евангелий, длинным генеалогическим древом, прослеживающим его родословную от Иосифа, мужа матери Иисуса, вплоть до Адама! Но у меня всегда вызывало удивление, а какую возможную выгоду мы можем извлечь из этого, если в другом месте четко говорится, что Иосиф не имеет ровным счетом никакого отношения к рождению Ребенка. В одном из многочисленных апокрифических евангелий, отвергнутых церковью, отцовство Иисуса приписывается Римскому легионеру, отмеченному смелостью и потому названному "Пантерой". Хекель приводит это евангелие в одной из своих работ, посвященных раннему Христианству. Однако, даже принимая такое утверждение, мы все же совершенно не решаем очень важный вопрос о происхождении Христа, потому как мы не говорим о том, кем была его мать, Мария. Одно из канонических евангелий повествует нам, что она была дочерью Иоакима и Анны, несмотря на то, что для Анны уже прошел возраст материнства. Другими словами, ее рождение было также сверхъестественным или могло, вероятно, в их возрасте быть просто удочерением ребенка Иоакимом и Анной, что, в сущности, едва ли вносит какую-либо ясность.

Но есть еще нечто такое, что приводит в замешательство. Это обнаруженные недавно анналы монастыря секты Ессеев, располагавшегося всего в двадцати милях от Иерусалима. Эти летописные своды относятся к периоду незадолго до начала первого века до Рождества Христова и по вторую половину первого столетия после него. Они отсылают за семьдесят лет до его рождения к великому Посвященному или духовному Наставнику - "Учителю Праведности" - чье возможное возвращение было ожидаемо. О невероятном успехе Иисуса, о его бесчисленных чудесных исцелениях, о его учительстве в течении трех полных лет среди народа Палестины, о его триумфальном въезде в Иерусалим, столь блестяще описанном в канонических евангелиях, о его суде и его распятии (сопровождавшемся согласно каноническим евангелиям такими поразительными событиями, как землетрясение, помрачением небес на три часа и разрывом завесы в Храме надвое) - обо всем об этом не сказано ни единого слова в рукописях этих отшельников и видных религиозных деятелей, которые без сомнения должны были проявить интерес к событиям подобного рода. Согласно "Свиткам Мертвого Моря" (я рекомендую всем интересующимся исследование на английском языке Джона Аллегро) Иисус, по-видимому, не произвел должного впечатления на такие религиозные умы того времени, как отшельники монастыря, столь алчные до мудрости и столь хорошо осведомленные в таких вопросах или в противном случае … он просто-напросто никогда не существовал! Как сама эта проблема, так и ее решение должна быть представлена широкой аудитории, и в частности в свете недавних открытий Христианской аудитории.

Что касается Христианской Церкви, - Христианства как исторического явления и, той роли, что довелось ему сыграть на Западе и во всем мире - то этот вопрос имеет не меньшее значение, чем может показаться на первый взгляд. Даже если Иисус жил и проповедовал, он не был подлинным основателем Христианства, в том виде, в котором оно представлено в мире. Если он действительно жил, Иисус был человеком, стоящим над Временем, чье царствие - как он, согласно Евангелиям, говорил Пилату - было "не от мiра сего", человеком, чья повседневная деятельность и учение имели целью указать, тем, кто не удовольствуется этим миром, духовный путь которым они бы могли ускользнуть из него, и найти в своем собственном внутреннем рае, "Царствии Божием", которое в нас, Бога "в духе и истине", к которому они стремились, не имея о нем ни малейшего представления. Если он и в самом деле жил, Иисус никогда не грезил о создании светской организации - и в особенности политической и финансовой организации, - каковой в скорости стала Христианская Церковь. Политика не интересовала его. И он был определенно врагом любого вмешательства денег в дела духовные, так что некоторые Христиане, справедливо или нет, усмотрели в его ненависти к богатству аргумент доказывающий, вопреки учению всех Христианских Церквей (за исключением, разумеется, Монофизитов, тех, что полностью отрицали его человеческое естество) что он не был Жидом по крови. Подлинным основателем исторического Христианства - того Христианства, которое мы знаем на деле, и той роли, что оно играло и все еще играет в истории Запада и всего мира - был не Иисус, о котором мы ничего не знаем, и не его ученик Петр, о котором нам известно, что он был простым рыбаком из Галилеи, но по преимуществу Павел Тарсянин, Жид по крови, по воспитанию и по темпераменту, и даже более того ученый и образованный Иудей и "Римский гражданин", точно также как и сегодня многие еврейские интеллектуалы являются гражданами Франции, Германии, России или Америки.

Историческое Христианство, - которое отнюдь не во всем было деянием, стоящим над Временем, но в значительной мере и поистине деянием во Времени - было, работой Савла, нареченного Павлом, работой Иудея, как и Марксизм две тысячи лет спустя. Так давайте рассмотрим причину успеха Павла Тарсянина.

Савл, нареченный Павлом, был Иудеем и даже более того, Иудеем в равной степени ортодоксальным и образованным; Иудеем, пропитанным самосознанием его расы и той роли «избранного народа», которую согласно обещанию Иеговы, им должно было сыграть в мире. Он был учеником Гамалиила, одного из известнейших Иудейских теологов того времени, теолога Фарисея, именно той школы, с которой согласно евангелиям, Пророк Иисус (которого Христианская Церковь позже возвела в ранг Бога) наиболее яростно боролся из-за ее гордыни, лицемерия, теологически мелочного педантизма и того, что она положила букву Иудейского Закона выше его духа, вернее выше, того, что он считал ее духом. С этой точки зрения мы можем лишь констатировать, что идеи Савла ничем не отличались от идей других Фарисеев. Более того - и это имеет решающее значение - Савл был образованным и сознательным Иудеем, родившимся и выросшим за пределами Палестины в одном из тех городов Романизированной Малой Азии, что наследовала Эллинской Малой Азии, и сохранившем все свои существенные характеристики: в Тарсе, где Греческий язык был для всех lingua franca, где Латинский становился все более и более привычным, и где каждый мог встретить представителей всех возможных народов Ближнего Востока. Другими словами он уже был Иудеем из «гетто», обладавшим вдобавок к сокровенным знаниям традиции Израиля пониманием мира гоим - не-Иудеев - которое позже окажет ему неоценимую услугу. Он понимал, что мiр бесконечно лучше, чем представляли себе большинство Иудеев в Палестине, социальная среда, из которой произошли все ранние последователи новой религиозной секты, которую он самолично был обречен превратить в то Христианство, которое мы знаем сегодня.

Из Деяний Апостолов нам известно, что Савл поначалу был лютым гонителем новообразованной секты. В конце концов, разве ее приверженцы не презирали Иудейский Закон, строгом смысле этого слова? Разве человек, которого они признавали своим главой и который по их словам воскрес из мертвых, этот Иисус, которого Савл самолично никогда не видел, не подал пример несоблюдения Субботы или небрежения в отношении праздничных дней и иных в высшей степени заслуживающих порицания преступлений жизненных правил, от которых Иудей никогда не должен отступать? И даже говорили, что тайна, окружавшая его рождение, не предвещала ничего хорошего; возможно, он не был полностью Жидовского происхождения - кто знает? Да и как не преследовать такую секту, если ты ортодоксальный Иудей, ученик великого Гамалиила? Кроме того, была необходимость оградить блюстителей Закона от злословия. Савл, уже доказавший свое усердие, будучи одним тех, кто присутствовал при побиении камнями Стефана, одного из первых проповедников опасной секты, продолжал защищать Иудейский Закон и традицию от тех, кого он причислял к еретикам, до тех пор, пока он окончательно не признал, что есть нечто лучшее, гораздо лучшее, что может быть извлечено из нее, естественно с Иудейской точки зрения. И это он осознал на пути в Дамаск.

История, повествуемая нам Христианской Церковью, заставляет нас поверить в то, что это было внезапным опытом видения Иисуса, которого он никогда, я повторяю, не видел «во плоти» - и что он слышал голос говоривший ему: «Савле, Савле, что Мя гониши?», голос которому он не мог противиться. Более того, предположительно, он был ослеплен ярчайшим светом и повержен на землю. Добравшись же до Дамаска, согласно Деяниям, он повстречал одного из верных последователей секты, которую он шел сюда искоренять, человека, который после того как уврачевал его зрение, окрестил его и привлек в Христианскую общину.

Излишне говорить, что это чудесное повествование, может быть принято только в том случае, если придерживаться воззрений тех, кто проповедует Христианскую веру. Как и все повествования такого рода, оно не имеет никакой исторической ценности. Каждый, кто без предвзятых идей ищет правдоподобное объяснение, каково истинное происхождение тех или иных событий, не может быть удовлетворен этим. И подобное объяснение, чтобы быть правдоподобным, должно найти почву не только в чудесном преображении Савла в Павла - одного из лютых защитников Иудаизма в основателя Христианской Церкви, какой мы ее знаем - но также и в природе, содержании и направленности его деятельности после его обращения, во внутренней логике его жизни. Другими словами в психологической связи, более или менее сознательной, между его Антихристианством в прошлом и его великой Христианской проповедью. Всякое обращение подразумевает связь между тем, что его предваряло в прошлом и напоминание о нем, глубинной причиной, являющейся непрерывным стремлением в рамках преображения, которое удостоверяет истинность самого акта обращения. Эта воля есть непрестанная направленность жизни и деятельности, которые являются выражением и инструментом самого акта обращения.

Теперь подведем итог всему, что нам известно о нем, и особенно тому, что нам известно о конце его жизни. Есть только одна глубинная и фундаментальная причина, неотделимая от личности Павла Тарсянина на всех этапах его жизни, которая может прояснить Дамасское обращение. В сущности, это воля в стремлении послужить древнему Иудейскому идеалу духовного господства, венчающее ко всему прочему идеал экономического доминирования. Савл, ортодоксальный и расово сознательный Иудей, сражавшийся с новообразованной сектой на основании того, что она представляет угрозу Иудейской ортодоксии, смог отречься от своего вероисповедания и стал душой и двигателем этой опасной секты только после того, как осознал, что пересмотрев, трансформировав, приспособив к требованиям огромного мира гоим - евангельские «Языци» - и даже заново интерпретировав, вложив, как в последствие скажет Ницше, «новый смысл в древние мистерии», она могла стать в продолжение последующих столетий и возможно даже навечно наиболее могущественным инструментом духовного господства Израиля, самым несомненным и окончательным средством к достижению, самопровозглашенной «миссии» Иудеев - господству над другими народами и их духовным подчинением, включая их экономическую эксплуатацию. А совершенное духовное подчинение, само собой, разумеется, приводит, к наибольшей экономической эксплуатации. Только этот куш был достоин столь мучительных усилий для твердого отречения от древнего и освященного веками Закона. Или говоря, более общедоступным языком, внезапное обращение Савла на пути в Дамаск можно в действительности объяснить, только если допустить, что он должен был внезапно осознать те возможности, что предлагало ему формирующееся Христианство, для извлечения выгоды и нравственного влияния его народа. Вот о чем он, скорее всего, подумал в тот момент и в порыве чувств должно быть произнес: «Я был столь близоруким, преследуя эту секту, вместо того чтобы воспользоваться ей, ни взирая, ни на что! Я был глуп, придираясь к форме, которая не более чем частность, вместо того, чтобы разглядеть в этом сущностную пользу: интерес сынов Израилевых».

Цельность всей последующей деятельности Павла является иллюстрацией - доказательством тому, если вообще уместно говорить о «доказательствах» в такого рода вещах - этой блестящей перемены, победы умного Иудея, практического человека и дипломата (если кто и называет его «дипломатом» в связи с религиозными вопросами, тот лишь намеренно вводит в заблуждение) над ортодоксальными образованными Иудеями, обеспокоенными более всего вопросами ритуальной чистоты. После этого преображения Павел на самом деле предал себя «Духу», шел, куда ему указывал «Дух» или скорее приказывал ему идти, да и во всяком деле он произносил слова, будучи вдохновленным «Духом». Но куда «направлял» его Святой Дух? Может быть в Палестину, в среду Иудеев, которые все еще разделяли «ошибки», от которых он только что публично отрекся, и которые, казалось бы, первыми имели право на его новое откровение? Никогда! Это единственная вещь, которую он не совершит! Зато вместо этого в Македонию, в Грецию и в среду Эллинов, проживавших в Малой Азии, в среду Галатов, а позже к Римлянам - в Арийские страны, во всяком случае, в не-Еврейские государства - где новообращенным проповедуют теологический догмат о первородном грехе и вечном спасении через распятого Иисуса и нравственное учение о равенстве всех людей и народов. Это в Афинах он провозгласил, что Бог «сотворил же есть от единыя крове весь язык человечь, жити по всему лицу земному, уставив предъучиненая времена и пределы селения их» (Деян. 17, 26).

В этом отрицании естественных различий между расами, сами Иудеи не имели никакой заинтересованности, но, по их мнению, было очень выгодно навязывать это в проповеди гоям, дабы разрушить у них расовые ценности, которые до настоящего времени формируют их внутреннюю силу (или вернее ускорить это разрушение). Так уже с четвертого века до рождества Христова эти расовые ценности приходят в упадок под влиянием «эллинизированных» Иудеев из Александрии. Несомненно, что Павел также проповедовал и «в синагоге», т.е. другим Иудеям, которым он представил новую веру, как исполнение пророчеств и мессианских чаяний. Несомненно, и то, что он говорил сынам своего народа, а также «убоявшимся Господа» - наполовину Евреям, подобно Тимофею и в Еврейских кварталах, которыми изобиловали Эгейские портовые города (к примеру, Рим) - что распятый и воскресший Иисус был никто иной, как ожидаемый всеми Мессия. Он придал новое толкование Иудейским пророчествам, подобно тому, как придал новый смысл древним мистериям Эллады, Египта, Сирии и Малой Азии: смысл, приписывавший Еврейскому народу единственную в своем роде роль, уникальное место и необыкновенную важность в религиях не-Иудеев. Для него это было просто средством, чтобы обеспечить своему народу духовное владычество в будущем. И его гений не религиозный, но политический - состоит в понимании всего этого.

Но не только в области веры, он может наглядно продемонстрировать столь приводящую в замешательство гибкость: «Свободен бо сый от всех, всем себе поработих, да множаишыя приобрящу. Бых Иудеем яко Иудей, да Иудеи приобрящу. Подзаконным яко подзаконен, да подозаконныя приобрящу. Беззаконным яко беззаконен, не сый беззаконник к Богу, но законник Христу, да приобрящу беззаконныя. Бых немощным яко немощен, да немощные приобрящу. Всем бых вся, да всяко некия спасу» (1 Кор. 9, 19-22). Он обладает проницательностью и в отношении практических нужд, поскольку самолично, хотя и будучи изначально ортодоксом, первым противится любому навязыванию Иудейского Закона Христианам, обращенным из среды не-Иудеев. Он настаивает - вопреки Петру и менее терпимой группе первых Христиан в Иерусалиме - что Христиане не-Иудейского происхождения не имеют нужды ни в обрезании, ни в Иудейских пищевых предписаниях. В своих посланиях он пишет к новообращенным - наполовину Евреям, наполовину Эллинам, Римлянам сомнительного происхождения, Левантийцам из всех портов Средиземноморья: ко всем безродным, из которых он пытается вылепить посредника между его неизменным народом (для кого он и завоевывает этот огромный мир) и их традициями, - что для них не существует никакой разницы между «чистым» и «нечистым» и, что им позволено есть все, что они пожелают («все, что продается на торжище»). Он знал, что без этих уступок Христианство могло не надеяться завоевать Запад, да и Израиль мог не надеяться завоевать мир, посредством обращенного Запада.

Петр, который не был Евреем из «гетто», был незнаком с условиями не-Иудейского мира, и потому в любом случае не мог смотреть на вещи в этой перспективе. Именно по этой причине, мы должны усматривать в Павле подлинного основателя исторического Христианства: человека, который создал из чисто духовного учения пророка Иисуса, основу для воинствующей организации, действующей во Времени, чьей целью было в глубоком сознании Апостола ни что иное, как господство его собственного народа над миром нравственно выхолощенным и физически развращенным, миром в котором неправильно понятая любовь к «ближнему» привела непосредственно к беспорядочному смешению рас, к подавлению национальной гордости, одним словом к вырождению.

Пришло, наконец, время раскрыть Языцем глаза на эту двухтысячелетнюю действительность, дабы, осознав острую насущность этой проблемы, они смогли бы отреагировать должным образом.

Написано в Миди (близ Каира) 18 июня 1957 года

Автор: Савитри Дэви

Перевод: Manisco

Взято с разрешения портала “Brangolf” - http://www.thepaganfront.com/brangolf/


Дата публикации: 14.08.2006
Прочитано: 4076 раз


Дополнительно на данную тему
Истина и религия из книги Истина и религия из книги "Сын Божий"
Да - смерть!Да - смерть!
Иудейская нетерпимостьИудейская нетерпимость
Гитлеризм и индуистский мирГитлеризм и индуистский мир
Ахнатонов Гимн Солнцу Ахнатонов Гимн Солнцу
Гитлеризм и индуистский мирГитлеризм и индуистский мир
Индийское язычествоИндийское язычество
Калки - МстительКалки - Мститель
"Прекрасные дети живого Атона" (из книги "Молния и Солнце")
Расовая экономика и доброта. Идеальный мирРасовая экономика и доброта. Идеальный мир
[ Назад | Начало | Наверх ]
Печатная продукция
издательства
Ex Nord Lux


Электронные книги издательства
Ex Nord Lux DIGITAL




Рассылка



..:: Архив рассылки ::..

Рассылка \'Новости ресурса "Белые Традиции"\'   Рейтинг@Mail.ru