Общество Белые Традиции

  Сделать домашнейДобавить в избранноеНаписать нам   

Главная
Новости
Галерея
Статьи

 
Библиотека

 
Форум
Ссылки
Контакты

Другие ссылки



Савитри Деви
Религия сильных

* * *

В своей новелле “Семь цветов”1 Робер Бразильяк описывает ритуал освящения новых флагов Третьего Райха на одном из величайших юбилейных собраний в Нюрнберге, где он лично присутствовал. После впечатляющей процессии всех организаций, подчинённых, либо связанных с Национал-социалистической Партией, Фюрер торжественно вышел под взгляды пятисот тысяч зрителей, стоящих на ступенях огромного стадиона, над которым царило полное молчание. Один за другим он вздымал новые флаги и прикасался ими к Blutfahne: штандарту, который несли его самые ранние последователи во время Путча 9 ноября 1923 года, и которому кровь Шестнадцати погибших в этот день придала священный характер. Таким образом, каждый флаг становился подобен этому, “заряженным” подобно ему мистическими флюидами самопожертвования Шестнадцати. И французский автор весьма точно замечает, что тот, от кого ускользает религиозное значение этого действа “ничего не понимает в гитлеризме”. Другими словами, он подчёркивает, что это действие было ритуалом.

Но этот ритуал, а также и многие другие, никогда не смогли бы придать гитлеризму религиозных свойств, если бы он уже не был более чем политической доктриной: Weltanschauung. И, прежде всего, гитлеризм не смог бы стать истинной религией, если бы в основе его Weltanschauung не было бы вечных истин и целого подхода, который являлся ничем иным, как поиском вечного даже в том, что изменяется, традиционным подходом par excellence.

Такие слова могут казаться странными в 1969 году, спустя более чем двадцать четыре года после поражения Германии Гитлера на полях сражений и крушения её политической структуры. Они могут казаться странными сейчас, когда на всём географическом пространстве, некогда входившем в Третий Райх, едва ли можно отыскать видимое проявление возрождения национал-социализма в том виде, какой был предназначен ему Фюрером, а большинство организаций за пределами старых границ Райха, объявляющих, что они собираются спасти поверженное Движение, являются всего лишь тусклыми подобиями, лишёнными сердца, или просто жалкими карикатурами, преследующими иногда совершенно иные цели. Но ценность доктрины, её правды, не имеет ничего общего с успехом или провалом своих участников в материальном плане. Успех или провал определяются созвучием или дисгармонией доктрины и устремлениями людей в данный момент истории, а также тем, готовы ли его приверженцы с военной и дипломатической точек зрения, а также с точки зрения искусства и пропаганды превзойти, а в последствии и победить своих противников. Является ли доктрина выражением космических истин, здесь не имеет значения. Но в долговременной перспективе всё становится на свои места, в том смысле, что общество, отказавшееся принять учения, гармонирующее с вечными законами, и отдавшее предпочтение неправдам, служит собственному разложению, другими словами, осуждает себя на проклятие.

Верно, что гитлеристы были повержены на всех фронтах в 1945 году; верно, что Третий Германский Райх был расчленён; что национал-социалистическая партия больше не существует; что ни в Германии, ни где-либо ещё в окне не увидишь уже флагов со свастикой, улицы не носят имя Фюрера, никакие издания не славят его память. Верно, что тысячи немцев были выучены ненавидеть и оскорблять память Того, кого приветствовали их родители, и что миллионы более не заинтересованы в нём и его учении, как если бы он никогда не жил. Но не менее верным остаётся и то, что сущность доктрины гитлеризма остаётся точным выражением вечных законов; законов, управляющих не только человеком, но и всей Жизнью. Законов, что представляют, как я писала “мудрость звёздных небес”2, и выбор, предоставляемый миру после 1945 года, следовательно, тот же, что был и до него. Это либо принятие надчеловеческой мудрости, созвучие с духом Природы, предлагаемое гитлеризмом, либо разложение, этнический хаос, вырождение человека, отделение от сердца космоса, проклятие. Я выразила это в словах “Гитлер или ад”.3

Люди нашей планеты, кажется, выбрали ад. Именно так и поступает угасающее человечество. Это является точным знаком того, что мы полностью находимся во времени, которое индуизм называет Кали-Югой, Тёмным Веком.

Но века идут один за другим. Законы, управляющие их чередованием, остаются.

Тем не менее, существует два типа насильственных действий, или действий, ведущих к насилию, “совершаемых во имя доктрины”. Первый тип — это действия, совершаемые в духе доктрины, необходимые, или по-крайней мере, находящие оправдание в сопутствующих им условиях. Но также есть и другие, никаким образом не оправдываемые, чьи исполнители далеки от того, чтобы быть истинными последователями доктрины, видимые символы которой они носят, представляя в реальности лишь себя самих, и использующих престиж доктрины и власть, ей предоставляемую, в своих собственных интересах, для удовлетворения собственных желаний или просто в неуправляемом порыве своих страстей. Во время Третьего Германского Райха были люди, осуждающие евреев, потому что они искренне считали их опасными для режима, которому они доверили безопасность собственного народа. Но также были и люди, доносящие на евреев, извлекая выгоду из возможности, данной им государством, потому что они зарились на их имущество. Были солдаты, или гражданские служащие, которые подчинялись приказам. И были люди, которые прикрываясь властью носимого мундира совершали в силу гнева, зависти, просто врождённой жестокости, или ради нездорового удовольствия, бесполезные акты насилия, даже жестокости, не получая на то приказов. Среди номинальных приверженцев любой доктрины, и a fortiori среди тех, кто не отрицает насилия, будут не только честные бойцы, но и оппортунисты; люди, служащие делу, которому они преданы душой и телом, и люди, притворяющиеся преданными, и ищущие собственной выгоды. (Я намеренно говорю здесь о “деле”, а не о “доктрине”. Потому что служат именно делу, то есть практическому применению доктрины, воплощению мечты, которое может быть сонаправлено либо противонаправлено по отношению к течению времени. Доктрина не нуждается в службе. Она или истинна или ложна, находится в созвучии, либо в раздоре с Законами космоса. Преданность всего мира с самопожертвованием миллионов мучеников не смогут сделать ложную доктрину истинной. И шумное отрицание основных положений истинной доктрины “учёными” и проповедниками во всём мире, вместе с ненавистью всех людей во все времена не преуспеют в том, чтобы сделать её ложной).

Неоправданные акты насилия, совершённые под прикрытием “Государственных причин” оппортунистами, замаскированных под гитлеристов, не касаются дела Германского Райха, практического приложения гитлеризма к проблемам Германии в данное время; наоборот, этому делу они больше вредят, чем помогают. Ещё меньше общего они имеют с самой доктриной гитлеризма. Насильственные действия, совершённые в духе гитлеризма, в согласии с его глубинной логикой, не заставляют усомниться в его правильности, но, наоборот, лишь подчёркивают её. Потому что практическое применение истинной доктрины, выражающей сами законы жизни, в обществе Тёмного Века, вопреки техническому прогрессу, или, возможно, благодаря ему, регрессирующем с точки зрения Природы, может происходить только “вопреки Времени”; против вселенского течения увядания, характеризующего Тёмный Век. А это, в сущности, невозможно без насилия.

* * *

Среди склонных к прозелитизму международных религий, насколько мне известно, лишь буддизм распространялся без применения насилия. И заметим, что это религия отречения, религия “вымирания” par excellence; полное исполнение его предписаний ведёт к возвеличиванию безбрачия, подобно современному индийскому джайнизму и религии катаров, побуждая человечество к тому, чтобы покинуть землю. Христианство, основанное на любви к человеку, единственному среди всех живых существ созданного “по образу и подобию” бога, широко распространялось с помощью взяточничества и насилия, под патронажем королей и императоров, полагающих, что они служат своим интересам, объявляя его государственной религией и навязывая его покорённым народам. Бесчисленные преступления против человека — и, главным образом, против высшего человека — отмечали его экспансию, начиная с бойни в 782 году, учинённой Карлом Великим в Вердене близ Аллера — убийстве четырёх с половиной тысяч германских вождей, верных богам своих отцов — до мясников Священной инквизиции. Но эти преступления не затронули то, что в христианстве осталось от вечной Традиции. И здесь оно действует, как религия, чей основатель лично объявил, что его царство “не на земле”; как религия, которой, таким образом, в принципе чуждо насилие. Если верно, что насильственные действия приверженцев христианства не умаляют его ценности, то это тем более верно в отношении приверженцев доктрин, сфокусированных не на человеке, как чём-то “выдающемся”, но на Жизни, и бесконечной борьбе, подразумеваемой ей. Такая доктрина, как гитлеризм, чей дух и практическое применение в этом мире может быть направлено только против течения времени, в любом случае остаётся превосходным выражением неизменных законов.

Политическая доктрина оценивается по достигнутым успехам. Доктрина, стремящаяся к обрядовому посвящению, или уже достигшая его, оценивается по его приближению к вечности, независимо от своих последствий в политическом плане, благоприятных либо трагичных.

28 октября 1953 года, перед очень немногими соратниками, собравшимися в Хольминдене, гитлерист Феликс Ф. сказал мне: “до 1945 года мы были партией; пусть же после 1945 года мы станем ядром великой международной веры”. Без сомнения, он верил, что даже в наш век вселенского вырождения сильные арийской крови всё ещё достаточно многочисленны и сознательны, чтобы объединиться в “великой международной вере” вокруг единственной достойной этого доктрины.

Только будущее покажет, был ли он прав. Но сегодня я заявляю, что лишённый всего, что в нём могло быть случайного, временного, в своём первом выражении в качестве политической доктрины, гитлеризм, никогда не стремившийся навязывать себя арийской элите, где бы она ни существовала, тем не менее, остаётся путём сильных, открытым к вечности, их аскетизмом, во всех годах нарастающего упадка “завершения цикла”.

* * *

Все истинные религии, которые могут включить себя в Традицию, конечно, ведут к вечному. Но не все они ведут тех же людей. Религии “вымирания”, как я их называю, такие, как буддизм, джайнизм, а позже и религия катаров, направляют потерянных и отчаявшихся, для которых отсутствие надежды является страданием, людей, сломанных либо отброшенных бесконечным сражением, стремящихся “покинуть его”. Доктрины, проповедующие действие в отстранённости, энтузиазм без надежды, адресованы сильным, тем, кого не утомляет даже “бесполезная” борьба, кому не нужны видения ни посмертного рая, ни “лучшего мира” для своих потомков, чтобы сражаться с рвением, в соответствии с тем, что для них является долгом.

Варнашрамдхарма в индуизме — религия, основанная на естественной иерархии каст (а, следовательно, и рас, ведь касты индуизма наследуются и не имеют ничего общего с теми материальными благами, которые могут быть приобретены) и естественной череде обязанностей в жизни человека — это религия сильных. Она управляется доктриной отстранённого Действия, как мы можем видеть это в Бхагават-Гите. Она зарождалась, как основа традиционного общества, несомненно, уже приходящего в упадок — в каждом цикле времён угасание начинается в конце первого Века, называемого Веком Правды, или Золотым Веком — но несравнимого с нашим, ведь их общество было бесконечно ближе к идеалу божественного порядка.

Гитлеризм в своей сущности, то есть, будучи очищенным от всех временных наслоений политического или экономического характера, это религия сильных арийской расы, противостоящая всеобщему упадку; миру этнического хаоса, презрения к живой Природе, глупому возвеличиванию “человека” во всей его слабости, болезненности, эксцентричной “индивидуальности”, отмежевавшегося от всех остальных существ; миру человеческого эгоизма, личного и коллективного, миру уродства и трусости. Гитлеризм — это реакция сильных благородной расы на такой мир. Это то, что они предлагают всем своим братьям по расе.

Существуют также параллельные ему религии, провозглашающие те же ценности, тот же аскетизм отстранённости. Они основаны на том же восхвалении бесконечной борьбы и том же почитании Крови и Почвы, но обращаются к другим расам. Эти религии, хотя порой и очень древние, постоянно обновлялись и переосмыслялись благодаря жизненной силе своих последователей. Таковой является религия Синто, основанная на обожествлении героев, предков, Солнца и самой почвы Японии. Японцы говорили мне в 1940 году: “Ваш национал-социализм кажется нам западной формой Синто; это наша собственная жизненная философия, осмысленная арийцами и проповедуемая среди арийцев”. (Позже, они воздвигли храм в Гамагори, недалеко от Хиросимы до Тоджо и тем, кто был убит вместе с ним как “военные преступники”. Когда же в Германии можно будет видеть памятники, если не храмы, в память о тех немцах, повешенных 6 октября 1946 года и позднее, вплоть до 7 июня 1951 за то, что они были верны своей вере, которая также и наша, и за то, что они выполняли свой долг?)

Но это уже другой вопрос.

Давайте вернёмся к тому, что определяет вечность гитлеризма, надполитический и надчеловеческий, космический характер его основных истин, в частности тех, что касаются расы, биологической реальности, и народа, исторической и социальной реальности.

Фюрер сказал всем своим соотечественникам, и более того, всем своим братья по расе, и всем людям достойной расы: “Ты — ничто, твой народ — всё”. Кроме того, в четвёртом пункте знаменитых двадцати пяти пунктов, составляющих программу Национал-социалистической Партии, он выделил то, что, по его мнению, представляет сущность понятия “народ”: “Только член народа может быть гражданином Государства. Только тот, в ком течёт немецкая кровь, может быть членом (немецкого) народа. Отсюда следует, что еврей не может быть гражданином (немецкого) Государства”.4

Это возврат к древнему представлению о народе, чистому и простому. Это германское представление, но, конечно, также и греческое, и римское, до появления Империи. Это отрицание римского представления веков упадка, позволявшего любому жителю Империи, любому подданному Императора стать “гражданином Рима”, будь он хоть евреем, как Павл Тарский или Флавий Иосиф, хоть арабом, как Император Филипп. А позже требовалось также быть “христианином”, и входить в одну с Императором церковь, чтобы быть “гражданином” Византии и иметь возможность занимать высокие посты.5 Это отрицание идей “народа” и “граждан”, представленных Французской революцией, когда по предложению Аббе Грегуа других, Конституционное Собрание объявило “французами” всех евреев, живущих во Франции и говорящих по-французски.

Другими словами, если народ это историческая и социальная реальность, если общая память о событиях истории, славных и печальных, общие привычки и общий язык — это факторы сплочённости народа, то он является чем-то большим. Он является частью великой расы. Народ может быть арийским или монголоидным, австралоидным, негроидным или семитским. Он может, оставаясь истинным народом, содержать большие или меньшие примеси различных под-рас, при условии, что они все являются частью великой расы, к которой принадлежит народ. (Сам Фюрер физически, вероятно, более принадлежал “альпийской” расе, нежели нордической. Блестящий деятель, верный Геббельс принадлежал к почти чистому средиземноморскому типу. И они не единственные великие немцы, не единственные высшие чины Третьего Райха, которые не были на сто процентов нордическими).

Именно раса, в широком смысле слова, определяет единородность народа во времени; она позволяет ему оставаться всё тем же народом, не смотря на политические и экономические изменения, и самоотверженным служением расе личность может приближаться к вечному.

Можно без сомнений считать, что ни народ, ни раса, ни человечество, даже жизнь на данной планете не будут продолжаться вечно. Более того “длительность”, которая определяется “временем” не имеет ничего общего с безвременной вечностью. Это не бесконечная последовательность поколений, физически и духовно схожих друг с другом в большей или меньшей степени, а идеальный Архетип, к которому эти поколения приближаются в определённой мере; это идеальный расовый тип, к которому каждая особь расы более или менее стремится. Именно это мы имеем в виду, когда говорим о “вечности расы”. Народ, который даже посреди этнического хаоса, всё более овладевающего землёй, “посвящает все силы” недопущению смешения и “продвижению своих лучших расовых элементов, непременно с течением времени, станет хозяином мира”6, (естественно, при условии, что это деятельный и творческий народ). Следовательно, он будет жить; он будет оставаться истинным народом, в то время, как его конкуренты, всё более загрязняемые разнородными элементами, перестанут быть народами, и по той же причине перестанут уважать (и проявлять) самоотверженность.

Искренний человек, который в согласии с духом арийского расизма, то есть гитлеризма, или любого другого благородного расизма, пренебрегает собой перед лицом истинного народа, к которому принадлежит; который ради служения ему не считается с собственными интересами, благополучием, удовольствиями, славой собственного имени — такой человек приближается к вечному. Его доброе гражданство это преданность и аскетизм.

Но ему нужен истинный народ, которому он будет служить. Потому что тот, кто предан смешанному “народу”, другими словами человеческому сообществу без расы и определённого характера, только называющимся “народом”, лишь тратит силы понапрасну. Его деятельность не менее ужасна, чем занятия людей, посвятивших себя служению калекам, неполноценным, слабоумным, и человеческим отбросам всех мастей, потому что метис, даже будучи здоровым, никогда не приносит большой пользы. Поэтому, для ценного индивида, сумевшего вырваться из “народа”, не являющегося таковым, будет лучше посвятить себя в смирении истинному народу высшей расы, или пусть он довольствуется служению невинной жизни, прекрасной не-человеческой жизни, защищая от человека животных и растения, или, если сможет, пусть он совмещает эти два рода деятельности. Возможно, тогда, учитывая широко распространённую индийскую веру в неизвестную реальность, однажды он будет перерождён в человеческом обществе, достойном его… при условии, что он не будет действовать только ради достижения этой чести.

* * *

Никогда не забывай, что раса, расовый архетип, к которому все поколения одной крови стремятся (с большим или меньшим успехом) это видимая и осязаемая вечность, это единственно достижимая вечность для всех живых существ, благодаря которой, просто в жизни — честном и неизменном продолжении своего рода, без размышлений — они уже переступают порог Времени, проходя через дверь самоотречения.

Удивительно, что чем более существа чужды Слову и мысли, тем более непоколебимо верны они расе.

Если признать, как признаю я, что “божественное спит в камне, пробуждается в растении, чувствует в животном и мыслит в человеке” (по-крайней мере, в определённых людях), нельзя не восхищаться тем, как во всех телах одного химического семейства, то есть одной атомной структуры, точно соответствующей их “типу”, который они не могут отрицать, существует гармония, которую мы называем их общими свойствами. Также достойна восхищения верность своей расе каждого растения, от дуба, кедра или бенгальского баньяна до обыкновенного одуванчика. Здесь даже не возникает вопроса о случайном скрещивании. Такого вопроса не возникает также и среди животных, до тех пор, пока они остаются “в естественном состоянии”, то есть, вне контакта с человеком, включая даже людей, считающихся наиболее “примитивными”: теми, кто остался или позже опустился (из-за бедности слов и возрастающего отсутствия мысли) до уровня приматов, лишённых членораздельной речи, и даже ниже. Смешение начинается там, где Словом рождается гордыня, заставляющая человека считать себя неподвластным и противостоящим железным законам, связывающим его с землёй и Жизнью; заставляющая его видеть воображаемую пропасть между собой и всеми прочими живыми созданиями; возвеличивать все подобные себе виды, во имя ложного братства Слова пренебрегать вопиющими расовыми различиями, и полагать, что он может безнаказанно свести вместе то, что Природа разделила; что он “выше” этого запрета, выше божественного закона.

Гитлеризм, посреди этнического хаоса, посреди эпохи физического и морального упадка представляет глобальное усилие вернуть мыслящего арийца к уважению космического порядка, как он проявлен в законах развития, сохранения и разложения рас. Вернуться к подчинению Природе, нашей матери, и вернуть назад, пусть и силой, не-мыслящего арийца, который, тем не менее, ценен своим возможным потомством. Культ “народа”, и в то же время, культ Крови и Почвы, ведёт к культу расы, общему для народов одной крови и вечным законам, управляющим их сохранением.

1. Robert Brasillach, “Les Sept Couleurs” (Paris: Editions Plon, 1939). 6 февраля 1945 “Освободительное правительство” Шарля Де Голля приговорило Бразильяка к казни за измену.
2. “Die Weisheit des sternhellen Weltraumes” из книги “Hart wie Kruppstahl”, написанной в 1963 году.
3. “Hitler or Hell,” в книге “Gold in the Furnace” (Calcutta: A.K. Mukherji, 1952), написано в 1948-49 годах.
4. Текст четвёртого из двадцати пяти пунктов.
5. Как, например, Леон “Армянин”, взошедший на трон Византии.
6. “Mein Kampf ”, немецкое издание 1935 года, стр. 782.

Перевод: WTS-Belarus – Bewoelkter (из книги «Время Кали»)


Предыдущая страница (1/2)

Дата публикации: 05.11.2008
Прочитано: 3901 раз


Дополнительно на данную тему
Истина и религия из книги Истина и религия из книги "Сын Божий"
Да - смерть!Да - смерть!
Иудейская нетерпимостьИудейская нетерпимость
Гитлеризм и индуистский мирГитлеризм и индуистский мир
Павел Тарсянин: Христианство и ИудаизмПавел Тарсянин: Христианство и Иудаизм
Ахнатонов Гимн Солнцу Ахнатонов Гимн Солнцу
Гитлеризм и индуистский мирГитлеризм и индуистский мир
Индийское язычествоИндийское язычество
Калки - МстительКалки - Мститель
"Прекрасные дети живого Атона" (из книги "Молния и Солнце")
[ Назад | Начало | Наверх ]
Печатная продукция
издательства
Ex Nord Lux


Электронные книги издательства
Ex Nord Lux DIGITAL


аквадиск купить +в москве Натуральные соки, морсы, компоты и т.д. Перелейте напиток в стеклянный кувшин. Поставьте кувшин на АКВАДИСК. Закрутите напиток лопаткой против часовой стрелки до образования глубокой воронки.

Рассылка



..:: Архив рассылки ::..

Рассылка \'Новости ресурса "Белые Традиции"\'   Рейтинг@Mail.ru