Общество Белые Традиции

  Сделать домашнейДобавить в избранноеНаписать нам   

Главная
Новости
Галерея
Статьи

 
Библиотека

 
Форум
Ссылки
Контакты

Другие ссылки
Общество "Полюс"
История Белой расы
Новостной блог




Политика
Мировоззренческое решение


На рубеже двух эпох

С национал-социалистической революцией закончился период буржуазного образа жизни и начался период народного сообщества с присущим ему расово-политическим идеалом.

Однажды немецкий народ уже совершил революцию, которая изменила облик Запада и дала ему новые основы. В первой половине XVI века Германия была потрясена революцией до самых своих устоев. О Реформации, которая тогда исходила из Германии, можно сказать: она дала Европе и Америке основы, на которых строились следующие столетия.

Но Реформация была лишь частью великой религиозной, мировоззренческой, политической и социальной революции, которую совершил немецкий народ в XVI веке в поисках самого себя, своей формы жизни, своего единства, своей свободы и своего пути после столетий раздробленности, угнетения и чужеземного засилья. Все слои немецкого народа пришли в движение. Сюда относятся и духовные поиски, связанные с великим именем Парацельса, и радикальные социально-религиозные движения вроде анабаптизма.

Каков был смысл всего этого? Внешняя картина этой революции довольно хаотична. Отдельные движения сталкивались друг с другом, и к середине века всё успокоилось и застыло. Всё это проходило под знаком немецкого самосознания: им обладали и Лютер, и Парацельс, и Гуттен, и многие другие.

Несмотря на большое влияние Реформации, тогдашняя немецкая революция потерпела поражение. Почему? Потому что у неё не было единого руководства, поток пошёл по разным руслам, и дело кончилось новым расколом. А оставайся он единым, то революция могла бы преобразить мир, как говорил Ранке. Но не было вождя. Лютер не смог стать политическим вождём, и события пошли своим ходом.

Единства достичь не удалось, произошли новые политические и религиозные расколы. Тридцатилетняя война привела к краху Империи. От 16 миллионов немцев осталось 4 миллиона. Города и деревни были опустошены, народ обнищал, культура была разрушена, немецкому языку грозила участь превратиться в диалект. Сохранилась лишь неисчерпаемая основа жизни, с которой медленно, мучительно снова поднялся народ. Пока центр Европы опустел, борьбу за европейскую гегемонию вели сначала Франция и Испания, потом Англия и Франция. Их общей целью было не дать Германии снова подняться и стать сильной.

Есть поговорка: история учит тому, что она ничему не учит. Наша революция учится на примере той революции XVI века, которая потерпела поражение, потому что у неё не было вождя.


Буржуазное мировоззрение

Французская революция это не начало, а кульминация буржуазной эпохи. На протяжении полутора веков до 1789 г. буржуазия укрепляла свои позиции в рамках абсолютных монархий. Философия и наука XVII-XVIII веков создали буржуазное мировоззрение, которое 300 лет господствует в Европе и Америке. Создатели этого мировоззрения были француз Декарт и англичанин Гоббс. Германия тогда была духовной провинцией Запада.

Буржуазное мировоззрение отличается механистичностью. Мир изображается как совокупность мёртвых масс, которые совершают закономерные движения под действием элементарных механических сил притяжения и отталкивания. Мир это огромная машина. По принципам механики строились также государство, экономика, общество.

Этим ни в коей мере не был опровергнут ветхозаветный миф о сотворении мира. Хотя одного из создателей нового мировоззрения, Галилея, преследовали, в XIX веке католическая церковь решила, что её учение вполне совместимо с механическим мировоззрением. Почему бы Иегове не создать мировую машину?

Но механистическое мировоззрение разрушило учение об одушевлённой Вселенной, о мире как о живой сущности.

Таким был мир у Платона и неоплатоников, у Парацельса и Кеплера, таким он был и в германских мифах.

Декарт и Гоббс превратили не только космос в машину, мёртвый механизм; растения, животные и люди для них тоже были машинами. Жизнь общества объяснялась чисто механическими принципами и строилась на них. Человек отличался от животных только способностью познания и разумной, целесообразной деятельности.

Такой же была и т.н. метафизика тех веков. Как человек создаёт машины, так и Бог некогда создал мировую машину по своим планам и дистанционно управляет ею. Это называется "Провидением". Бог - конструктор и оператор мировой машины. Остаётся лишь открытым вопрос, стоит ли Бог у машины (теизм и деизм) или он сам эта самосоздающаяся и самоуправляющаяся машина (спинозизм).

Германия в лице Хаммана, Гердера и Гёте, исходя из своего мировоззрения, пыталась выступить против теории мирового механизма, оживить мировоззрение, но к середине XIX века победил позитивизм француза Конта, последний вариант представления о мире как о машине.

В 1937 г. Франция отпраздновала 300-летие выхода в свет книги Декарта "Рассуждения о методе". Она праздновала свою духовную победу над Европой. Рядом с Декартом можно поставить только Гоббса.

Дарвинизм и материализм тоже целиком укладываются в рамки механистического мировоззрения.

Немцы постоянно чувствовали, что это мировоззрение совершенно недостаточно для объяснения мира и придания смысла жизни, и выступали против него.

Великая заслуга немцев - создание биологии как самостоятельной науки. Это сделали в XVIII веке фон Халлер, К. Ф. Вольф, Кампер, Блюменбах, Зёммеринг, после того как в начале этого века Лейбниц и Шталь отказались от механистического подхода к растениям, животным и человеку. Тогда же немцы впервые ввели и понятие расы, которое было предано забвению в XIX веке. Немцы создали биологию, потому что они знали, что живой организм нельзя вывести из механизма, живое нельзя понять через мёртвое. Хамман, Гердер и Гёте сделали начало независимой, самопроизвольной жизни главным принципом мировоззрения. Но в середине XIX века победу над немецким мировоззрением снова, как и за 200 лет до того, одержал западный механистический позитивизм: мир и люди снова были объявлены машинами.


Буржуазное представление о человеке

Это представление проходит под лозунгами "естественного права" и "Просвещения". Его воплощениями в политическую реальность были конституции Французской революции и Веймарской республики.

Буржуазный мир выступил в XVII веке против абсолютной власти церкви и государства во имя разумной и дарованной от природы свободы отдельного человека.

Естественное право исходило из того, что человек в природном состоянии жил, как и другие животные, в борьбе всех против всех. Но благодаря своему разуму он выделился из животного царства.

Смысл прогресса - вечный мир, рациональное и гуманное равенство всех, кто имеет человеческий облик.

Этот буржуазный идеал имеет мало общего с реальным человечеством. Коллективизм и марксизм имеют те же самые интернациональные и естественно-правовые корни, что и западный либерал-демократизм.

После краха 1819 года Германия, как и после 1648 г., стала ареной борьбы Запада и Востока, либеральной демократии и большевистской революции, за мировое господство. Немецкий народ стал жертвой этой борьбы. Победа любой из сторон стала бы для него смертельной.

Национал-социалистическая революция положила конец одновременно и буржуазно-либеральной, и марксистско-пролетарской эпохе. Мировоззрение на расовой основе находится по ту сторону противоположности буржуазии и пролетариата, либеральной демократии и коллективизма.

Теперь Восток и Запад создали единый фронт против Германии. Почему? Потому что здесь рождается новый мир и наступает новая эпоха. Потому что Германия, с тех пор, как она существует, и во времена бедствий, и во времена величия это страна, в которой принимаются мировые решения. Потому что Германия краеугольный камень человечества и его судьбы. Против нового мирового начала объединились либеральная демократия Запада и марксистский коллективизм. Эти две ветви выросли их одного корня естественного права.


Сопротивление и прорыв

У многих стало почти манией искать в прошлом предшественников национал-социализма. Это опошляет смысл революции, стирает особенности эпохи. Национал-социализм начинается с Адольфа Гитлера и ни с кого другого.

К предшественникам национал-социализма в прошлом обычно причисляют тех, кто в Германии выступал против рационально-гуманистических представлений о человеке. Среди них было много выдающихся людей, которых мы помним и чтим. Но кому из них не дано было одержать победу, провозгласить новый основополагающий принцип. Они сами принадлежали тому веку, против которого выступали, и не смогли его преодолеть.

Масонскую рациональную гуманистическую идею с её интернационализмом Фихте в начале XIX века превратил в немецкую национальную идею. Но и для Фихте гуманность оставалась высшей ценностью. Под нацией понимался круг приверженцев одной идеи. До реального народа было ещё далеко.

Немецкие романтики, многие их которых были страстными националистами, протестовали против Французской революции и её мировоззрения, противопоставляли вместе с Гёте начало органической жизни вселенскому механизму, углублялись в подсознательную жизнь и в историю. Но они были консерваторами, и их "органическое" мировоззрение признавало лишь спокойный рост, а не политическое действие. Они были склонны к созерцательности, а в политике способны только к торможению, но не к творчеству. Они ждали, что вырастет само собой.

Романтики, в частности, Якоб Гримм, возродили интерес к германской мифологии. Но наука германистика не могла снова оживить прошлое. Живое будущее не рождается из воспоминаний о прошлом. Народ и мировоззрение могут возродиться только на живой расовой основе. Но о расе в XIX веке ничего не знали и не хотели знать.

Вся собственно немецкая биология в той мере, в какой она не попала под влияние западного позитивизма в форме дарвинизма и гекклизма, была протестом против западного механицизма и формального рационализма. Х. Ст. Чемберлен указал нам на значение расового начала в истории. Свой вклад внесли также Э. К. фон Бэр и Якоб фон Икскюль.

Что противопоставляет национал-социалистическая революция буржуазному и марксистскому взгляду на человека? Она несёт с собой не только горячую веру в народ, расу и немецкое будущее, но также противопоставляет идеологии последних столетий холодное и трезвое знание действительности. Его основные положения таковы:

1) Никогда и нигде ни этнография, ни древняя история не обнаружили диких людей-одиночек, живущих по естественному праву. Такие дикари всего лишь идеологическая фикция. Всегда и везде люди жили сообществами, которые не были основаны на разуме, а в лучшем случае разумно управлялись. В действительности не существует всеобщего, одинакового разума, духа человечества и т.п. предпосылок буржуазной идеологии.

2) Всё человечество, вся история, любое общество и любая культура подчинены закону развития своей расы. Каждой расе присуще своё направление развития, свой образ жизни, своя воля и свои ценности. Человек как вид создал такое богатство плодов своего творчества благодаря расам. Если американцы сегодня уверяют нас, что все люди равноценны, давайте зададим им вопрос, почему американскую цивилизацию и культуру создали не индейцы? Почему не ирокезы построили Чикаго? Почему культура толтеков или инков столь отлична от культуры англичан? Мы рекомендовали бы учёным из Нью-Йорка последовательно посетить в какой-нибудь дождливый день синагогу, какое-нибудь негритянское мероприятие, индейский вигвам, китайскую общину и собрание квакеров или методистов. Если они и тогда не увидят расовых различий, то нужно прописать им очки, чтобы они видели действительность не в одном лишь голубом или розовом свете, и такой, как она есть. То, что негр может выучить таблицу умножения и стать шофёром, а еврей - искусным адвокатом, ещё не доказывает, что нет расовых различий. Решающий момент - историческое и культурное творчество расы.

3) Народ обновляется на своих естественных основах, крови и почве, в соответствии со своими особыми законами развития.

Представления буржуазной эпохи о человеке были сконструированы из идей, это был идеал, вознесённый над действительностью и не связанный с ней. Но человек живёт на грешной земле. В разреженном воздухе "чистого духа" никто не может ни дышать, ни жить. Хотя, не хлебом единым жив человек, вообще без хлеба он жить не может. Хлеб это действительность, как и тело, без которого душа не существует.

Для нас сегодня особенно важно видеть, что немцы в эпоху своих великих достижений в области музыки, поэзии и философии с 1870 по 1840 г. создали чуждую миру и далёкую от действительности идеологию. Поколение "бури и натиска" оказалось не достаточно сильным для революционного преобразования политической и социальной действительности в Германии и отступило, воздвигнув над действительностью то "царство чистого духа, в котором дух наслаждается самими собой", как сказал Гегель в своей вступительной речи в Британском университете в 1818 г. Это "царство чистого духа" и было немецкой идеологией бегства от политической и социальной действительности с её проблемами.

Немцам предлагали реализовать себя в воздухе этого царства, в гармонии идей истины, добра и красоты. Таков был идеал личности фон Гумбольдта, такой же была теория "чистого государства" Шиллера.

Столь же бессильным оказался и порыв, последовавший за наполеоновскими войнами, и опять утешения стали искать в "царстве чистого духа", в царстве идей, где "народ мыслителей и поэтов" занимался стихами Гёте, песнями Шуберта и идейными конструкциями Гегеля, пока соседние народы строили национальные государства и делили между собой мир.

Немцы не хотят больше идти по этому "идеалистическому" пути. У национал-социалистического мировоззрения есть свой идеализм, но он зовёт не к бегству от действительности в идеологию, а к улучшению жизни немецкого народа. Этот новый идеализм зовёт не в духовное царство, а в будущую историю III Рейха.


Народ и вождь как центральная действительность мировоззрения

Вся буржуазная эпоха, больная теорией общественного договора, всегда выводила народ из государства. Даже в тех случаях, когда провозглашался суверенитет народа, народ оставался результатом образования государства. У романтиков государство естественным образом вырастало из семьи, но и у них государство было высшей инстанцией в процессе становления народа.

Эпоха национал-социалистической революции отличается тем, что в центр мировоззрения становится народ. Он начало и конец, от своих природных основ в крови и почве до своей реализации в истории. Становление народа - смысл и содержание немецкой истории со всеми её взлётами и падениями. Нет иного человечества кроме многообразия народных индивидуальностей. Мы признаём человечество только в его национальной обусловленности.

Нет народа и истории без вождей. Без них роковой путь ведёт только в пропасть.


Общество становится народом, народ становится обществом

Человек от природы и по своему назначению - общественное существо. В одиночестве человек хиреет, его жизнь становится бессмысленной и бесплодной.

Образование немецкого народа из отдельных племён происходило после распада империи Карла Великого в ту же эпоху, что и образование французского, английского, итальянского и русского народов. Решающую роль во всех этих процессах всегда играла германская кровь.

После первой мировой войны немецкий народ находился в состоянии распада. Линии разлома определялись немецким прошлым, но им же определялось и стремление к единству. Национал-социалистическая революция осуществила объединение под лозунгом "народного сообщества".

Этот лозунг поднял немецкий народ на уровень, который до сих пор никогда не был достигнут ни одним народом, в том числе немецким. Здесь на арену истории впервые выступает новое начало.

Либеральная идеология рассматривала государство как средство организации хаоса и индивидуального произвола.

Национал-социалистическое движение уходит своими корнями в настроения времён Первой мировой войны. В августе 1914 г. никто не думал о своих свободах и интересах. Люди разных сословий, классов и вероисповеданий объединились в едином порыве. Народное сообщество возникло из фронтового братства.


Раса в народе

Крестьянство - жизненная основа народа. Точными исследованиями установлена гомогенность немецкого крестьянства, его принадлежность к нордической расе. Нордическая кровь - связующее звено немецкого народного сообщества.

Вокруг ядра нордической расы некогда объединились родственные и ассимилируемые расы. В ходе истории, в процессе их ассимиляции образовался немецкий народ. Нордическая раса и сегодня - становой хребет немецкого народного сообщества.

Народное сообщество имеет три измерения. Во-первых, оно объединяет всех своих ныне живущих членов, во-вторых - цепь прошлых и будущих поколений, в-третьих, оно обязательно имеет доминанту, которая придаёт чёткую форму целому и определяет его характер. Нордическая раса является решающим фактором во всех этих трёх измерениях. С ней стоит, с ней падает немецкий народ. Нордическое расовое начало является доминантой также в мировоззрении.

Человек - не арена борьбы между силами высшего и низшего мира, как думали раньше, он не наполовину животное, наполовину ангел, как пелось в старом церковном гимне. Он не смесь природы и духа или тела и души, происходящих из разных миров, а живое существо единой природы и единого происхождения.

Раса означает, что в отдельном человеке и его народе единый закон формообразования в одинаковой степени действует на тело и на душу, на всё сообщество и на отдельных его членов, поэтому все они развиваются в одном направлении. Расово обусловленный характер определяет и формы тела, и способ мышления, и направления действий. В основе творческих достижений выдающихся людей также лежит расовое начало. История и культура - это плоды творчества доминантной расы.

Раса определяет ценности сообщества и отдельных его членов, ориентиры их бытия и становления, роста и созревания, мыслей и действий и, прежде всего - их творческой деятельности.

Ценности нордической расы можно свести к одному общему знаменателю - чести. В этом снова оказывается постоянство нордического расового начала в немецкой истории. Расовый закон чести включает в себя честь народа, расы и отдельной личности, честь вождей и героев, честь крови в цепи поколений, честь верности, труда и творчества.


Личность

Идеал личности немецкой образованной элиты XIX века был сформулирован в 1810 г. В. фон Гумбольдтом. Он считал воспитание, образование и мировоззрение сугубо личным делом, а малейшее вмешательство государства в эти сферы - недопустимой тиранией. При этом предполагалось, что каждой личности присуще стремление к совершенству, и устранение всех препятствий на пути развития личности сделает её гармоничной. Собственно гармоничным станет и общество. Путь к этому лежит через "образование". Сходные идеи проповедовал ещё Руссо в своём "Эмиле".

Идеал личности Гумбольдта был далёк от действительности и мог существовать только в "царстве чистого духа". Коллективизм низверг этот буржуазный идеал на почву суровой действительности, стремясь принудительно подстричь всех под одну гребёнку. Национал-социалистическое мировоззрение со своим представлением о личности резко противоречило и либерализму, и коллективизму.

Мы исходили из того, что человек от природы - общественное существо. И в общественном бытии он тоже подчинён законам развития расы. Но члены общества это не безликие числа, каждый из них имеет своё назначение.

Ни народ, ни тем более государство это не личности. Личность это только отдельный человек. Его задача - служение всему народу, и в зависимости от своих успехов на этом поприще он занимает соответствующее место в общественной иерархии.

Два основных принципа национал-социализма: "Общее благо выше личного" и "Каждому своё".


Германское представление о личности

Национал-социалистическое мировоззрение родилось из расовых глубинных слоёв нашего народа. Это не сконструированная из "идей" идеология и не возвращённое силой воспоминаний прошлое, как некогда пытались сделать романтики. Это стихийное событие народной жизнь, подлинное рождение, а не плод какой-то науки, биологии, истории и философии.

Это вырвавшееся с революцией из народных глубин мировоззрение является новым откровением нордической расы. Раса - источник жизни и молодости народа и его мировоззрения.

Нордическое самосознание снова возродилось на ещё более высоком уровне, чем в революцию XVI века, чем у немецких романтиков.

Германист Грёнбех пишет о германском народном сообществе следующее: "Своеобразие этой формы жизни заключается не в том, что индивидуум растворяется в целом, а в том, что он заключает целое в себе. Никто ничего не делает ради самого себя". Один за всех и все за одного.


Раса и культура

Главная задача национал-социалистического движения это укрепление жизненной силы народа. Всё прочее - путь к этой цели, средство её достижения. Это относится и к культурному наследию. Вечность и бессмертие несёт в себе сам народ, а не памятники культуры.

Но жизненная сила народа выражается в его творческих достижениях, в искусстве, поэзии и науке. Искусства всех видов имеют также мировоззренческое значение, они формируют характер человека, равно как наука и философия, возникшие на расовой основе, а не из абстрактного разума.

Творчество художников также обусловлено расой и связано с обществом, в котором они живут. Художник может выразить в своём творчестве лишь то, что он имеет в самом себе. Если в нём силён потенциал расовой жизненной основы, то этот потенциал и выразится в его творчестве. Общество понимает художника, когда он выражает его собственную внутреннюю суть, его устремления.

Расовое начало нигде не проявляется так ярко, как в творчестве. Одна раса может многое заимствовать у другой, только не своеобразие его творчества.

Творческое начало может проявляться, например, в народных песнях. Они выражают душу расы, и другие народы не могут им подражать.

Мы стараемся сегодня, убирая чуждые наслоения, выводить расовое, своё в поэзии, музыке, архитектуре, живописи, скульптуре, потому что этот путь ведёт к обновлению жизни немецкого народа на расовой основе, к созданию нового народа.

Искусство - великая воспитательная сила, но оно может заключать в себе и соблазны, опасность порчи народа. Искусство действует положительно, только если оно выражает расовую душу и несёт в себе расовые ценности. В любом другом случае оно становится разрушительной силой. Оно не может жить одними благими намерениями.

Зная об этой двойственной роли искусства, Платон требовал ввести в своём государстве, призванным спасти Грецию от гибели, государственный контроль над искусством.

Невозможно творить по команде. Но когда мы имеем перед собой готовые произведения искусства, мы можем судить о его ценности или опасности.


Использование науки

Немецкая наука большей частью отнеслась к национал-социалистической революции враждебно, почему и была отодвинута в сторону. Но в дальней перспективе такие отношения невыгодны для обеих сторон.

Наука может оказать большую помощь революции лишь в том случае, если она сама обновит своё мировоззрение и признаёт расовые ценности. От неё требуется то же самое, что и от искусства. Наука последних поколений утверждала, что она не зависит от мировоззрений. Но это было заблуждение и самообман. Постепенно было доказано, что наука буржуазной эпохи строилась на рационально-механистическом мировоззрении и сделала выбор в пользу гуманистической идеи, т.е. принципа общечеловеческого разума. Национал-социалистическая революция вернула науку на почву расовой, национальной и политической действительности немецкого народа.

Очень опасно часто высказываемое мнение, будто революция должна остановиться перед вратами науки и не требовать её радикального обновления. Но не следует переоценивать значение науки. Последнее слово никогда не было за ней, а всегда за мировоззрением. В науке, если она будет обновлена революцией, таится опасность реакции. Если наука останется на фундаменте буржуазного мировоззрения, она соберёт вокруг себя - как и церкви - силы реакции, чтобы тормозить революцию и подрывать её мировоззрение. Опасность особенно велика, когда реакционная наука прячется за свастику.

Любой революции грозит опасность как извне, так и изнутри. Такую опасность представляют собой и стоящие на старых основах науки, как гуманитарные, так и естественные.

Мы знаем, что внешняя победа революции не означает её внутренней победы. Работа в нужном направлении должна на протяжении нескольких поколений. Чтобы достичь своей цели, революция нигде, в том числе и в науке, не должна заключать пакт с прошлым и с реакцией. Как только революция оглянется назад, она сама станет реакцией и потеряет победу. Новыми людьми нельзя управлять с помощью науки, которая держится за принципы как раз той эпохи, которая и была преодолена революцией. Мнимая объективность науки всегда только маска, за которой прячется либеральное или большевистское мировоззрение. Но это на руку реакции, когда в лагере революции заявляют, будто революция не должна предъявлять никаких требований к науке.


Смысл революции

В периоды революции происходит сильнейшая концентрация истории в захватывающем дух темпе. Настоящая революция отличается тем, что с ней в жизни народов и в истории побеждает новое начало. Революции открывают собой великие исторические эпохи.

Нет общих правил хода революций, каждая развивается по своим законам, в зависимости от исходной ситуации, каждая уникальна и неповторима.

Между национал-социалистической революцией и Французской революцией нет параллелей - одни противоположности. Французская революция означала приход к власти буржуазии, которая уже за полтора века до того сформировала свой экономический и духовный образ жизни. За третьим сословием сразу же начало заявлять свои притязания четвёртое, которое пришло к власти в результате победы пролетарской революции в России в 1917г.

Ход и смысл национал-социалистической революции были совсем иными. В данном случае весь народ совершил революцию против самого себя и своего современного состояния. В этой революции участвовали люди всех классов и сословий. Проблема государства была второстепенной, высшей целью был сам народ.

Эта революция была стихийным событием, происшедшим в толще народа. Она уходит своими корнями в бедствия и переживания военного времени. Десять лет, прошедшие после войны, были слишком малым сроком для "духовной" подготовки. Этой революцией не руководила интеллигенция. И поскольку это была обще народная революция, она не могла повлечь за собой новую, подобную тому, как буржуазная революция логично повлекла за собой пролетарскую.

В национал-социалистической революции речь не идёт о господстве одного слоя над другим. Приход партии к власти это только начало долгого пути, который растянется на поколения. То, что французская революция застала в готовом виде, национал-социалистической предстоит ещё создать.

Немецкая революция не привела к власти какое-либо сословие или класс. Её руководящий слой не представляет собой замкнутую касту, путь в него открыт талантливым людям из всех слоёв.

Другие революции выдвигали вождей - Кромвеля, Наполеона. Национал-социалистическая революция была начата вождём и доведена им до победы. В этом её решающее отличие от немецкой революции XVI века. Последняя в политическом плане вообще осталась без вождей. Последствия этого известны.

Глубина революции определяется её отношением к прошлому, к традиции. Каждая революция означает разрыв с ближайшим прошлым. Так Французская революция покончила с абсолютизмом и начала процесс рационализации во всех областях. Но в области культуры этот процесс начался ещё при Людовике XIV. Ни одна революция не может начаться с нуля, она строит своё здание на фундаменте традиции. Французская революция усилила во французском национальном характере черты рационализма: они чётко выступали уже в XVII веке, после революции они стали доминантными.

Национал-социалистическая революция не ищет для себя образцов в прошлом. Хотя наше прошлое очень важно для нас в мировоззренческом плане, но не как образец, а как средство познания расовых черт нашего национального характера.

История учит нас одному: германская кровь оказывала решающее влияние на процесс становления всех европейских народов после падения Римской империи.

Смысл национал-социалистической революции - восстановление расового характера ариев, который в ходе немецкой истории, начиная с краха средневековой Империи в XIII веке, много раз подвергался порче в результате чужеродных влияний. Это традиционная сторона национал-социалистической революции.


Революция обязывает

После войны Германия катилась по наклонной плоскости. Этот процесс был остановлен национал-социалистической революцией, но было бы глубочайшей ошибкой верить, что после прихода партии к власти подъём произойдёт сам собой. Борьба не окончена, она только приняла иные формы. Молодое поколение подстерегают враги и опасности не столь явные, как те, с которыми имели дело старые борцы.

В 1933 г. молодёжь верила, что врагов больше нет. К 1938 г. стали ясны как внешнеполитическая угроза, так и внутренняя опасность реакции.

Но опасность сидит в каждом национал-социалисте. Необходимо снова и снова преодолевать самого себя. Никто из нас не достиг цели, мы все в пути. В каждом из нас сидит частица прошлого, и мы должны победить это прошлое в самих себе.

Каждому вождю и руководимому им народу угрожает три опасности: чуждый мир в нём самом, усталость до того, как цель достигнута, и гордость прошлыми успехами, вырождающаяся в манию величия.

Поколению, которое пришло из иного мира, трудно. Нам нет покоя, мы не должны оглядываться назад, и нет заслуги в том, что мы сделали раньше. Тот, кто не готов и не способен постоянно начинать сначала, снова вступать в борьбу, не достигнет своей цели. Пенсионерское существование могут вести только политические инвалиды.

Предателями следует считать всех тех, кто использует руководящие посты в личных целях для обогащения, наслаждений и произвола.

Национал-социалистическое мировоззрение отличается от прежних идеологий своей близостью к действительности. Поэтому руководящий слой движения должен состоять из образцовых людей, в которых требования мировоззрения воплощены в действительность.


Расовое воспитание

Греки в раннем, аристократическом периоде своей истории основывали своё общественное бытие на крови, на хорошей наследственной массе. Но они также знали, что наследственные задатки не разовьются сами по себе. Поэтому их политический строй был, в первую очередь, системой расового воспитания, продолжением которого было военное обучение, которое включало в себя не только физические упражнения, но также воспитание с помощью искусства, ритмики, поэзии, хорового пения.

Те же задачи на совершенно ином уровне стоят перед нами. Нам нужно воспитать отборный слой политических и военных руководителей.

Немцы всегда были хорошими солдатами, но политическая сторона немецкого характера под ударами судьбы захирела. Отсюда и судьба Германии в Мировую войну. После нескольких побед немецкой армии Германия потерпела поражение из-за плохого политического руководства и недостаточной силы политического характера. Поэтому задача национал-социалистической революции - воспитать руководящий слой солдатов-политиков, выработать на расовой основе политическую волю и характер как становой хребет народного единства.

Немецкая армия, выступавшая в Мировую войну, имела тот же основной дефект, что и эпигоны Бисмарка, стоявшие во главе Империи: отсутствие воли к достижению политической цели. Армия была орудием без сознания цели, т.е. без политического характера. Политика была делом партий.

Наш лозунг - солдат-политик.

Эрнст Крик
Австрийское земельное издательство. Вена-Лейпциг. 1939
Взято с www.fatuma.net


Дата публикации: 21.05.2006
Прочитано: 5351 раз


Дополнительно на данную тему
Катехизис революционера Катехизис революционера
ВождьВождь
Мой Вождь!Мой Вождь!
К вопросу о «европейских ценностях»К вопросу о «европейских ценностях»
[ Назад | Начало | Наверх ]
Печатная продукция
издательства
Ex Nord Lux


Электронные книги издательства
Ex Nord Lux DIGITAL




Рассылка



..:: Архив рассылки ::..

Рассылка \'Новости ресурса "Белые Традиции"\'   Рейтинг@Mail.ru